В отличие от теоретической или чисто спортивной психологии, прикладная спортивная психология посвящена использованию, применению открытий, идей и знаний.

Значение

Фрэнк Гарднер выделяет три типа ролей для спортивного психолога:

  1. «использование базовых когнитивно-поведенческих и саморегуляторных процедур и техник, чтобы помочь спортсменам всех уровней повысить их работоспособность»;
  2. «оказание психологической помощи и развитие у спортсменов сверхусилий, направленных на улучшение спортивных результатов […], развитие жизненных навыков, умение справляться с трудностями, забота и внимание как к проблемам здоровья, так и к проблемам развития»;
  3. «психологическое тестирование в таких областях, как предварительный отбор и нейропсихологическая оценка».

«Одним из общепринятых принципов прикладной спортивной психологии является вера в то, что мысль предшествует спортивным показателям и влияет на них», – пишет Ральф Верначчиа (Vernacchia R.A., 1998).

Наука спорта, хотя и несовершенная, должна основываться на совокупности существующих и развивающихся знаний, полученных в результате рациональных исследований, разумных аргументов и обоснованного обсуждения.

Её прикладная ветвь должна должным образом распространить эти принципы на практические условия, выступая за использование стратегий и вмешательств, которые сами основаны на разуме, а не, например, на суевериях, обычаях или необоснованных убеждениях.

Практическая цель спортивной психологии заключается в том, как с пользой описывают ее Уильямс и Страуб (Williams J.M., Straub W.F., 1998), «выявление и понимание психологических теорий и техник, которые могут быть применены к спорту и физическим упражнениям для повышения работоспособности и личностного роста спортсменов».

На самом деле спортивная психология и была создана в этом духе. Работа Брюса Огилви и Томаса Тутко (Ogilvie B., Tutko T.A., 1966) рассказывает об этом в работе «Проблемные спортсмены и как с ними обращаться». «Безумие в спорте» Арнольда Байссера (Beisser A., 1967) продемонстрировало достоинства индивидуального подхода к конкретным случаям – подхода, который все еще используется сегодня.

История

Расцвет спортивной психологии в условиях спортивных соревнований привел к тому, что это можно было рассматривать как превосходство прикладного подраздела. Спортивные психологи работают консультантами в спортивных клубах, олимпийских командах и даже в торговле и промышленности.

Это не всегда было так. Дэвид Виггинс прослеживает корни дисциплины еще в девятнадцатом веке, показывая, как многие из ранних исследований не руководствовались практическими императивами. Виггинс идентифицирует эксперименты Джорджа Фитца по времени реакции в 1895 году как первое значительное научное исследование, имеющее «последствия для спортивной психологии».

Кристофер Грин отмечает, что работа Колмана Р. Гриффита в «Чикаго Кабс» по повышению производительности команды является ключевым моментом в развитии профессиональной прикладной спортивной психологии.

Гриффит, который проводил исследования в Иллинойском университете в лаборатории легкой атлетики в 1920-х и 1930-х годах, снимал на кинопленку игроков, документировал их движения и количественно определял их навыки с целью создания «научной» программы обучения.

Он заметил, что распространенное убеждение состояло в том, что НАВЫК проистекает из инстинкта, убеждение, которое, как он предположил, было «ленивым, невообразимым и невежественным способом уклонения от требований своей работы». Другими словами, навыки были изучены и должны быть улучшены. Как говорит Грин: «Он [Гриффит] открыл новую почву, которая впоследствии переросла в целую индустрию».

Подходы

В то время как в последние годы приложения стали критически важными, спортивная психология, как и любая другая зрелая дисциплина, разработала номотетический подход, посвященный открытию «законов» или обобщений.

Развитие прикладной спортивной психологии получило толчок благодаря исследованиям и теоретизированию Райнера Мартенса (Rainer Martens, 1987), который проводил различие между прикладными знаниями и прикладными исследованиями. Он первый изучал все имеющиеся исследования проблемы, используя неявные знания о ней и разрабатывая творческие программы для её решения. Другими словами, хотя разделение между прикладной и академической спортивной психологией может показаться четким, первая не может существовать без второй.

Дэвид Кук в своем предисловии к изданию, отредактированному Марком Томпсоном и др., предлагает совершенно иной - идиографический подход в исследовании: «Мы считаем, что спортивная психология – это искусство». Показательно прочтение прикладной спортивной психологии: не как наука, а как выражение и применение творческого мастерства и воображения человека. Мы можем принять точку зрения Кука на то, что сама спортивная психология стремится к получению научно проверяемых знаний, а использование этих знаний больше похоже на искусство.

Прикладная спортивная психология требует изобретательности, интерпретации и умелого исполнения, если это нужно для практической пользы.

Эллис Кэшмор. Психология спорта и упражнений. Ключевые понятия. С. 38-40.

Поделись с друзьями